О. Гвоздецкая: «Виртуальные кладбища: о трансформации социального во всемирной сети»

О. Гвоздецкая: «Виртуальные кладбища: о трансформации социального во всемирной сети»

Представляется, что проблема реализации в виртуальном пространстве, в частности, в социальных сетях, таких фундаментальных феноменов, как смерть, обладает серьёзным эвристическим потенциалом. В современном виртуализированном мире происходят трансформации представлений о памяти и смерти. Одним из их наглядных проявлений является возникновение в Интернете так называемых, виртуальных кладбищ. Сам феномен их существования указывают на формирования нехарактерных для развлекательного пространства Всемирной сети ритуальных практик. Виртуальные кладбища представляют собой уникальный объект для исследования процессов перетекания социальных взаимодействий из действительности в виртуальную реальность и в обратном направлении.

Индивидуальному человеческому существованию нынче все более возвращается прошлая экзистенциальная значимость. Происходит это, с одной стороны, по исключительно техногенным причинам, с невероятно быстро внедряемыми виртуальными технологиями. С другой стороны, по причинам социального и коммуникативного характера: пользователь в Сети обретает повторное, «двойное» существование, которое развертывается, казалось бы, по отличному от реального пути. Однако если присмотреться к виртуальному существованию, оказывается, что социального в нем столько же, а может быть, и больше, нежели в действительном. Активность человека все более перетекает во Всемирную сеть. Здесь формируется частное и общественное мнение, зарождаются революции, кипит политическая, волонтерская, творческая жизнь. И мы становимся свидетелями того, как Интернет из зоны изначально рабочей, а после развлекательной, становится все более зоной всеобъемлющего социального. Находит свое место в этом пространстве и смерть, а точнее ритуальные практики, связанные с ней.

Феномен кладбищ в сети имеет достаточно немалый смысловой масштаб – здесь присутствуют и мемориалы погибших во время Великой Отечественной войны, и интернет-захоронения пользователей, например кладбища в социальных сетях, и даже захоронения виртуальных героев умерших игроков компьютерных игр. Одним словом, ритуальные практики уверенно завоевывают пространство в сети. Отправной точкой для выбора такого дискурса в свое время стал тезис Ж. Бодрийяра о «молчании масс», которое мы, выстраивая методологическую модель, используем в качестве контраргумента, пытаясь показать, в какую завуалированную форму может превращаться «ответ». Виртуальная сторона активности личности дает неограниченный материал для оспаривания утверждения о «смерти социального». Принимая иную кодировку социальное проявляет себя по-другому. Перетекая из явного реального в новые формы виртуального оно задает новые задачи — увидеть его и проанализировать.

Оппонируя утверждению о «смерти социального», мы осмелимся выдвинуть предположение, что существование виртуальных кладбищ указывают на возврат к самой действительности. Главный тезис Ж. Бодрийяра о гипперреальности как об «утере реальности» посредством ритуальных практик утрачивает свою убедительность. Человек не убегает в Сеть. Напротив, он там строит бытие, в которое переносит всю полноту своей действительность, в том числе, и с переживаниями утраты близких. Граница между онлайн- и оффлайн- активностью стирается все более наглядно. И стремление поставить в оппозицию два, скажем смело, уже равноправных по отношению друг другу существования становиться неактуальным. Там, где Ж. Бодрийяр усматривал побег от реальности, мы сегодня видим продление социального, перенос его без мест разрыва, без акцента на иной системе координат его разворачивания. Пользователь в Интернете продолжает (и это ключевое слово) познавать себя и мир, только лишь через другой источник подключения.

Более того, переносимое в Сеть трепетное почитание памяти Другого разбивает постмодернистский стереотип о «смерти самой смерти». Провозглашенный призыв «смерти нет», ассоциируемый даже не с ее игнорированием, а скорее с саркастичным подсмеиванием над умиранием, граничащим с равнодушием и верой в бытие «здесь и сейчас», не вписывается в рамки феномена кладбищ. Бессмертная виртуальная личность в неотъемлемой привязке к реальной обретает конец, совпадающий со смертью индивида. И в пространстве социальных кладбищ это становится очевидным. «Молчание масс», отраженное в социальной тенденции нивелирования вопросов о смерти, должно было бы перекочевать и в интернет пространство, окончательно вытеснив из него проблематику «озабоченности» и «отчужденности» и устанавливая единственный принцип – абсолютного преобладания стремления к развлечениям.

Однако, Всемирная сеть, будучи полноправной площадкой для социальной активности, вбирает в себя все аспекты реального существования. И там, где существование в форме игры сталкивается с «подлинным» (по М. Хайдеггеру) существованием, возникают такие феномены как виртуальные ритуальные практики. Постулируемое бессмертие плоти, выраженное в культуре повсеместно (супер-герои, комиксы, сюжеты многократного обыгрывания судьбы с преодолением конца, субкультуры готов, аниме и т.д.), имеет место, конечно же, и в сети. Однако также, как и в действительности, подвергается испытанию сомнением.

Литература
1. Бодрийар Ж. Символический обмен и смерть / Ж. Бодрийяр. М: Добросвет, 2000.
2. Довгополова О.А. Пространство отторжения (штрихи к портрету «молчания масс») / О.А. Довгополова // Наукове пізнання: методологія та техно-
логія. — 2004. – № 1(13).– С. 110–115.
3. Жижек С. Киберпространство, или Невыразимая замкнутость бытия / С. Жижек // Искусство кино. – 2000 — № 1.

Share