Громов Д.В.:"«Вы меня не ждите…»: что фиксируется на современных могильных памятниках"

Громов Д.В.:"«Вы меня не ждите…»: что фиксируется на современных могильных памятниках"

екрнерек

Очутившись на современном кладбище в одном из городов России, можно убедиться, что оформление могильных надгробий с точки зрения представленной на них информации довольно унифицировано. При различиях в визуальном исполнении заказчики и мастера похоронных услуг склонны ограничиваться самым кратким набором информации. Фиксируются фамилия, имя и отчество умершего, даты его рождения и смерти; помещается портрет. Значительно реже, но довольно часто можно встретить указания на конфессиональную принадлежность. Иногда, и исключительно в эпитафиях, указывается наличие родственников: «От жены и дочерей», «От жены, сына и сестры» и др.

В данной статье мы постараемся разобраться, какую именно «особую» информацию заказчики и изготовители могильных памятников стремятся запечатлеть помимо «основной» информации об умершем – его ФИО, дат рождения и смерти, вероисповедания.

Нами рассматривались захоронения 1980-2000-х годов на Митинском кладбище Москвы и двух кладбищах в ближнем Подмосковье – Новом Люберецком и Щербинском. Кроме того, по нашей просьбе Евгений Фомкин сделал серию снимков еще на двух подмосковных кладбищах – Химкинском и Машкинском. Мы предполагаем, что полученные результаты показательны и для других российских городов, с поправкой на некоторую специфику Москвы: более высокий материальный уровень жителей и некоторое опережение в инновациях (в Москве многие явления появляются раньше, чем в регионах).

Прежде всего, нужно отметить, что до конца 1980-х годов рассматриваемой нами «дополнительной информации» на надгробьях почти не появлялось. Как нам кажется, в первую очередь это объясняется <30:31> дороговизной, по тем временам, могильных памятников. За рамки «стандартной» презентации тех лет выходят, как правило, только захоронения выдающихся, высокостатусных людей. С конца 1980-х годов характер презентации на памятниках изменился, чаще стали появляться оригинальные эпитафии, указания на профессиональную принадлежность, детальные изображения; резко (примерно до 50%) увеличилось и количество указаний на конфессиональную принадлежность – на рассматриваемых нами кладбищах это большей частью отсылки к православию. Большое значение имеет появление доступных технологий, позволяющих делать на памятниках разнообразные и подробные изображения.

Способы, которыми фиксируется информация на памятниках, разнообразны – это краткие и развернутые эпитафии, изображения. Рассмотрим этот набор способов на примере захоронений медиков; в собранной нами коллекции пять таких могил. В трех случаях указано, что умерший — «Заслуженный врач РСФСР» (или России), в том числе в двух случаях это военные. Один раз здесь изображена эмблема медицины – змея, обвивающая чашу. На одной из могил на профессиональную принадлежность указывает фрагмент эпитафии, где об умершем говорится как о «враче по призванию». Еще на одном памятнике стихотворная эпитафия: «Как пахарь, вспахав десятину, / Не чуя ни ног и ни рук, / Расправив вспотевшую спину, / Закончил работу хирург».

Рассмотрим некоторые устойчивые мотивы, прослеживающиеся на надгробиях.

1. Указания на профессиональную принадлежность.

При рассмотрении памятников, содержащих отсылки к профессии умершего, выясняется, что в 90% случаев это относится к военным. На это могут указывать воинская форма погибшего или его военные награды, изображение военной атрибутики (звезда, эмблемы родов войск и отдельных частей, военная техника), указание звания или воинских заслуг, цитаты из военных песен (см. илл. 1-4). На Митинском кладбище доля таких захоронений для участков 1990-2000-х годов составляет около 15%, причем речь идет не о каких-то специализированных участках – в одних рядах с гражданскими лежат и старики-ветераны, и мужчины средних лет, и парни, погибшие в горячих точках.

Такой высокий процент военнослужащих, видимо, объясняется тем, что принадлежность к воинскому ремеслу указывается не только для профессиональных военных, но и для тех, кто участвовал в военных действиях в прошлом. Кем бы ни были эти люди впоследствии, на могильных памятниках указываются их прошлые заслуги: «Ветеран ВОВ», «Боевой военный летчик», «Воин-интернационалист», «Ликвидатор аварии ЧАЭС. 1986 г.».

Приведем наиболее обширную эпитафию такого типа: «16.XII.1910 Петроград – 10.XI.2001. Участник трех войн, старший механик-водитель, пом. командира взвода, старший сержант [ФИО]. Больши сея любве никтоже имать, да кто, душу свою положит за други своя. Ев. от Иоанна 15.13».

Информация о подвиге погибшего и в следующей эпитафии: «6.VIII.1996 года во время проведения разведки в г. Грозном попал в засаду бандитов и при ведении неравного боя геройски погиб [ФИО]. Вечная память!».

Надо отметить, что «воинские» захоронения типичны и для старых советских кладбищ; наиболее часто встречающиеся элементы, указывавшие на принадлежность к воинской профессии – красная звезда и изображение покойного в военной форме.

К военным, чья служба отмечена на могильном камне, примыкают люди экстремальных профессий. Нам встречались памятники милиционерам, гражданским летчикам, морякам, водителям, спортсмену-рукопашнику. Всё это профессии, связанные с повышенным риском для жизни. На могиле милиционера эпитафия: «Трагически погиб при исполнении служебных обязанностей» [изображены орден, милицейская машина]. На высоком надгробном памятнике полярника длинная стихотворная эпитафия, заканчивающаяся строками: «Это не камень – это торос, / светлую душу Север унес»

1990-е годы дали еще один тип надгробий, которые можно <31:32> с определенными оговорками отнести к воинским – захоронения «братков», погибших в криминальных войнах. Как правило, на их принадлежность к бандитской среде не указывается, но данные могилы (часто они располагаются группами) воспринимаются именно как таковые.

2. Указание на высокий статус.

Как мы уже говорили выше, еще с советских времен детальное оформление надгробия часто встречалось у людей известных, высокостатусных. На рассмотренных нами памятниках часто встречаются именно указания на высокий профессиональный статус похороненного. Так, нам не встретилось ни одного надгробия, на котором было бы сказано, что похоронен обычный учитель, но есть надгробие с надписью: «Педагог, заслуженный учитель РФ».

На могилах людей, относящихся к одной из «мирных» профессий, нам встречались такие указания статуса: «Академик», «Заслуженный работник жилищно-коммунального хозяйства», «Заслуженный строитель Российской Федерации», «Народный артист», «Кандидат филологических наук» [изображена раскрытая книга], «Президент ОЛСК» [Объединение любителей сибирских кошек; женщина изображена с кошкой], «Президент клуба ***» [клуб спортивных единоборств].

Звание указывается и для военнослужащих: «Генерал-майор артиллерии», «Инженер-полковник», «Полковник» и др. Всего один раз покойный был охарактеризован без указания звания, а просто как «Офицер»

Иногда на высокий профессиональный статус покойного указывает изображение. Например, на могиле изображена Останкинская телебашня, а на костюме умершего медаль Героя социалистического труда и Орден Ленина – видимо, умерший имел заслуги в сфере телевидения или участвовал в строительстве данной телебашни.

Обозначением высокого статуса могут быть ордена умершего. Чаще всего они присутствуют на портрете (умерший изображается «при параде», с наградами на форменном кителе или гражданском пиджаке). Но можно встретить и памятники, на которых ордена и медали (наиболее значимые из них) выбиваются особо. Возможно и указание наград в эпитафии, например: «Майор спецназа, кавалер трех орденов «Мужество» и нескольких медалей».

3. Мотив дороги.

Мотив дороги присутствует, во-первых, на надгробиях «профессионалов дороги» (в широком ее понимании) – водителей, летчиков, моряков, не только военных, но и гражданских; во-вторых, на захоронениях погибших в авариях – дорожных, авиационных и др. Как и воинское ремесло, понятие дороги, пути тесно связано с риском для жизни; показателен тот факт, что за год на дорогах России гибнет в 2-3 раза больше людей, чем погибло за восемь лет войны в Афганистане.

Довольно часто о том, что причина гибели – дорожная авария, можно догадаться по изображению на памятнике автомобиля, мотоцикла, самого погибшего на фоне этих видов транспорта. Показателен случай, когда на памятнике изображены погибшие в автокатастрофе муж и жена, сидящие в своем автомобиле: на капоте видно название иномарки, в которой они разбились.

Хотя, как мы уже сказали, на могильных памятниках отображается принадлежность к воинским профессиям, но практически никогда не изображается холодное или огнестрельное оружие (нам такие захоронения встречались только дважды – см., напр., илл. 4). Зато изображаются средства передвижения: автомобили (легковые и грузовые, в том числе милицейская машина), самолеты (старинные и современные; военные и гражданские), вертолеты, корабли (старинные и современные), подводная лодка, танк, ракета на старте. Наконец, реактивный двигатель в разрезе.

Как нам кажется, количество надгробий, содержащих мотив дороги, корректно пополнить таким распространенным типом памятника, как придорожный кенотаф (надгробие без захоронения) на месте гибели автомобилиста. Насколько мы могли наблюдать, первоначально такое место отмечается венком и предметами, оставшимися после аварии — колесами, фарами, бамперами, фрагментами отделки салона и т.д. (см. илл. 5). Если впоследствии на этом месте устанавливается стационарный памятник, то это, как правило, типичное надгробие или крест, иногда за загородкой. Возможен и оригинальный памятник, включающий атрибуты водительской работы. Так, на Чуйском тракте в памятники встраивают автомобильные рули, видимо, под влиянием известной песни «Есть по Чуйскому тракту дорога…», в которой на могилу погибшего шофера также кладут «разбитый штурвал» и фары. В конце 1990 – начале 2000-х годов, в течение почти десяти лет, в Восточном Подмосковье мы наблюдали придорожный памятник погибшему мотоциклисту – на дереве, обрезанном на высоте около трех метров, были закреплены мотоциклетный шлем, икона и венок.

4. Захоронения детей.

Захоронения детей оформляются несколько иначе, чем захоронения взрослых. На таких могилах пишут не <32:33> имя-отчество, а только сокращенное имя, иногда в уменьшительно-ласкательной форме. Встречаются указания на талантливость ребенка: изображения скрипичного знака, палитры (для взрослых такие обозначения обычно сочетаются с обозначением достигнутого статуса).

На детских надгробиях можно увидеть изображения игрушек. Кроме того, игрушки могут приносить посещающие могилу, как «взрослым» покойникам приносили бы цветы. Дважды нам встречались могилы довольно взрослых молодых людей, на которых лежали игрушки; видимо, их оставляли матери.

На детских могилах самые пронзительные эпитафии, например: «Сердцу всё не верится / В горькую утрату — / Будто ты закрыла дверь / И ушла куда-то».

На одном из наиболее трогательных надгробных памятников изображена тетрадь по английскому языку ученика 2 класса. На приоткрытой странице стихи с исправленными орфографическими ошибками: «Бежка-блоха / Умом не плоха. / Жизнь не дурна, / Очень хороша! / (Боря)»

Памятники погибшим детям можно встретить и у дороги; их оформление во многом сходно с оформлением кладбищенских памятников. Так, в 2007 году на окраине Санкт-Петербурга, близ метро «Улица Дыбенко» мы видели памятник мальчику, погибшему под колесами грузовика. Обезумевшая от горя мать соорудила на месте гибели целый мемориал и пресекала попытки его сноса. Основной частью мамориала была положенная на бок детская лесенка, рядом с ней были положены цветы в корзине, венок, детские игрушки (см. илл. 6).

*   *   *

Подытоживая сказанное, выделим три мотива, к которым сводится «дополнительная» информация на могильных памятниках.

1. Принадлежность покойного к профессиям, связанным с повышенным риском для жизни. Насколько можно судить по памятникам, в сознании современного россиянина выделяются две зоны повышенной экстремальности – война (воинская служба) и дорога.

2. Преждевременность смерти. Акцентируется внимание на несвоевременности гибели – на войне, в дороге. Насильственность кончины может подчеркиваться краткими («Погиб», «Трагически погиб») или более подробными эпитафиями («Нам не найти уже ответ, за что погиб ты в двадцать лет»). С особенным тщанием оформляются могилы детей.

3. Указание заслуг покойного – званий, наград, достижений.

ИЛЛЮСТРАЦИИ

 

Илл. 1. Надгробный памятник военного летчика
содержит его высказывание. Митинское кладб.

Илл. 2. Надгробный памятник десантника с эмблемой
воинской части и цитатой из военной песни. Митинское кладб.

Илл. 3. Символические изображения профессий и заслуг трех членов семьи.
Митинское кладб.

Илл. 4. Изображения на памятнике офицера, барда:
эмблема подразделения «Альфа», орден, автомат, гитара. Щербинское кладб.

Илл. 5. Мемориал на месте аварии. Восточное Подмосковье. Май 2009 года

Илл. 7. Мемориал на месте гибели ребенка. Санкт-Петербург, май 2007 года

ДОПОЛНЕНИЯ

При подготовке статьи я принял решение не публиковать фотографий и ФИО умерших. Так что не всё из архива могу достать. Но помещу здесь немного снимков, иллюстрирующих статью. Часть снимков сделаны Евгением Фомкиным.

Пример торжественного надгробия с перечислением воинских заслуг. Здесь, пожалуй, можно оставить ФИО. Поскольку оно сделано так, чтобы можно было гордиться, да и есть чем гордиться.

 

Указание на профессиональную принадлежность

Обозначение профессиональной принадлежности и заслуг

 

Символика дороги. Возможно, человек погиб в автомобильной аварии

Указание на профессиональную принадлежность, статус,
принадлежность к воинскому ремеслу

Могила мотоциклиста. На лицевой стороне памятника –
погибший в мотоциклетном костюме, в полный рост.

Эпитафия: «Живым тебя представить так легко, что в смерть твою поверить невозможно»

Могила ребенка.
Указано только имя ребенка, на могиле лежат игрушки

Share
  • tweet